Алексей Семиряков и Кундуз Курумшиева

сотрудники ГГФ ТГУ

В 2019 году в целях реализации проекта РНФ «Магматизм Азии в период с 500-400 млн. лет назад и его связь с климатическими кризисами, включая массовое вымирание биологических видов в конце Ордовикского периода» была проведена Монгольская геологическая экспедиция ТГУ для сбора каменного материала щелочных интрузивных массивов Прихубсугулья и расслоенных массивов Озерной зоны.


Карта-схема перемещения и базирования Монгольской геологической экспедиции ТГУ


В состав экспедиции вошли сотрудники трех организаций:

1. Институт геологии и минералогии имени В.С. Соболева СО РАН, г. Новосибирск – доцент-минералог Вишневский А.В., доцент-петрограф и по совместительству водитель – Шелепаев Р.О., водитель – Долбак С.

2. Институт геологии ФИЦ Коми научного центра УрО РАН им. Н.П. Юшкина – доцент Удоратина О.В.

3. От ТГУ в экспедицию отправились лаборант лаборатории структурной петрологии и минерагении Курумшиева К. и м.н.с. лаборатории геохронологии и геодинамики Семиряков А.

Подготовка к экспедиции началась месяца за два, и как оказалось после, и этого было мало. За это время был закуплен мягкий инвентарь – теплые и компактные пуховые спальники, полевая роба, ботинки, рюкзаки – благо подход к организации подобных поездок у начальства (П.А. Тишина, И.Ф. Гертнера, Т.С. Красновой) был понимающий и ответственный, т.к. сами они некогда посещали те края и знали, какие там условия. Был заключен договор на оказание транспортных услуг, оформлено прикомандирование наших дистанционных сотрудников из Новосибирска и Сыктывкара, проведена прочая бюрократия. Пройден детальный медосмотр, т.к. на территории другого государства хоть и оказали бы медицинскую помощь, но могли возникнуть определённые проблемы.

В конце концов, 4 августа томский отряд выдвинулся в сторону Новосибирска, где уже шла закупка продуктов и подготовка снаряжения и автомобилей. На следующий день забитые под завязку Тойота Прадо и наш родной УАЗ отправились в сторону Горного Алтая, а затем в Ташанту для пересечения российско-монгольской границы.


 
     

Наши корабли гор и пустынь

Сотрудники ТГУ – Курумшиева Кундуз и
Семиряков Алексей на Чуйском тракте


6 августа, где-то 16:30, отстояв в небольшой очереди на пограничном пункте, пройдя паспортный контроль, мы оказали по ту сторону. Первое впечатление от Монголии, как бы оно не представлялось, было весьма неожиданным – в 100 метрах от границы нас ждали старенькие саманные домишки, сделанные из глины и соломы, на равных с ними правах стояли белые юрты с готовящимся обедом для таких же как мы путников. До границы мы ехали долго, поэтому не могли отказать себе в горячих мантах. Здесь же мы познакомились с тем самым монгольским соленым чаем с молоком, который здесь подают по умолчанию вместо обычного– это не так ужасно, как о нем говорят, а к концу поездки даже вкусно!


   

Первый приграничный населенный пункт


Забегая немного вперед, каждый следующий населенный пункт радовал нас не только приятным курсом тугриков к рублю (на тот момент примерно 39:1), но и монгольским колоритом и щедростью обычных порций общепита. Поэтому мы останавливались обедать в каждом встречающемся городке.


 

Монгольские «узбечки»


Передвигались мы по бесконечным монгольским автострадам, представляющим собой множество параллельных и переплетающихся автомобильных колей в долинах между горными хребтами. Асфальт там, конечно, был, но он соединял только районные центры с Улан-Батором, и большая часть этих дорог только укладывалась, и мы объезжали этот остывающий асфальт по обочине вдоль дороги. Так что в следующие годы передвижение будет немного быстрее, а пока средняя скорость по таким вот автомобильным тропам, являющимся при этом дорогами федерального уровня, составляла от 30 до 50 км км/ч.


 

Дороги сплелись в тугой клубок влюбленных змей…


Наверное, важнейшей отличительной чертой Монголии, заметной с первого взгляда и на протяжении всего путешествия – это развитое животноводство. Стада баранов можно было встретить буквально везде – невозможно было проехать даже 20 км, чтобы не встретить пасущихся барашков, даже в самых отдаленных от городов, от дорог, от рек, от пригодных, казалось бы, для жизни участках. В горах встречались дико пасущиеся коровы и яки, в степи и пустынях – одиноко бродящие группы верблюдов. Так же часто, как мы встречали домашний скот, мы наблюдали юрты с чабанами и просто местными жителями, которые также располагались очень часто и везде.


 
 

Пасущийся крупный рогатый и не только скот


В Монголии очень любят передвигаться, нет, не только на конях – на мотоциклах. Поэтому часто можно увидеть, как обычная автомобильная колея вдруг расстроилась и разошлась в разные стороны. На конях и мотоциклах там ездят от мала до велика – от мальчиков и подростков, до дедушек и бабушек. Особенно необычным иностранному глазу это выглядит, потому что с треть населения до сих пор одеваются в национальные костюмы – яркие халаты с поясом. Кстати в таких костюмах монголы ходят и в крупных городах.


 

Мы поделились бензином (два раза за один наш выезд-маршрут), а бабушка угостила нас ягодами


Еще одной отличительной чертой Монголии является то, что на западе страны население преимущественно мусульманское – в основном это казахи, а чуть восточнее основная религия – буддизм. Встречались буддистские храмы и высеченные на мягком мраморе буддистские руны.


   

Проявления буддизма


Наряду с буддизмом популярностью пользуется проявление шаманизма и бурханизма. На каждом перевале можно встретить груду уложенных камней, оставленных ценных предметов, поясов, шелковых лент и просто чего-нибудь, чтобы духи следующей долины приняли и пропустили тебя.


 

«Курганчики» Бурхану (для китайских туристов сфотографироваться с европейской женщиной тоже приятно – это была их инициатива)


Также запоминающимся моментом экспедиции был момент приготовление еды – наши старшие коллеги, в полной мере освоившие навык полевой кулинарии, не оставляли шансов завтракам и ужинам быть даже обычными – жаренная и копченная рыба, шашлыки из барашка, жаренные потрошки, даже обычные жаркое и супы носили монгольский оттенок – большое количество бараньего жира и умелое его использование органично вписывалось в любое блюдо.


 
 


Приготовление и приём пищи превращался в увлекательное приключение


Обеды же во время передвижения, если по пути не попадались городки, где можно было перекусить в забегаловке, были однотипные – оперативная распаковка автомобиля, кипячение воды, чай, бутерброды с тушенкой, паштетом или шпротами, китайский пакет с лапшой, кукуруза и горошек.


 

Быстрый обед в пути


Теперь немного и о работе.

Первым объектом, точнее объектами, были щелочные массивы восточнее оз. Хубсугул. Был поставлен полевой лагерь: кухня (большая брезентовая советская палатка, служащая в будущем также и спальным местом, и баней), две жилые палатки, тойота стала недвижимым ночлегом. На маршруты выезжали на уазике, доезжали до рабочих точек насколько нам позволял рельеф. Небольшие маршруты до 3-5 км уже казались мелочью по сравнению с длительным двухчасовым подъездом в трясущейся и машине. По GPS мы определяли свои координаты и отслеживали онлайн наше местоположение в на географических и геологических картах, подгруженных в ГИС-систему SAS.Планета. Для этих целей в машине с нами постоянно путешествовал ноутбук, пристегнутый двумя ремнями безопасности.

Целью данных работ был отбор материала для изотопно-геохимических и геохронологических исследований. Изучались массивы с труднопроизносимыми монгольскими названиями – Овермараатгольский, Болтысингольский, Додтамгольский, Бурунманханский, Бурэнханобинский.


 
 

Работа на щелочных массивах Прихубсугулья


Вторым интересующим нас объектом был Хайрханский расслоенный массив, слагающий горный массив высотой 3500. Лагерь располагался на высоте 2600 метров и состоял уже из меньшего количества объектов, хотя автомобили при таком рельефе были недвижимостью. Баню на такой высоте с дефицитом воды и температурах +20 днем и до -8 ночью готовить и принимать было проблематично, поэтому ее отложили до спуска на привычные полторы тысячи метров.

Работа на такой высоте дает о себе знать – здесь в первый раз была заметна нехватка кислорода – при движении вверх по склону уже метров через 100 появилась одышка, что для меня было неожиданностью. Все снежники в августе уже растаяли, оставив только болота на пологих склонах, поэтому чистая вода на такой высоте и при таком рельефе добывалась необычным образом – путем инфильтрации воды с хоть сколько бы ни было влажного склона.


   

Добыча питьевой воды. Дебет ~ 1 л/мин


Нашей целью также был отбор проб различных пород для всесторонних аналитических исследований, включающих определения химического состава и возраста.


 
 

Лагерь и работа на Хайранском расслоенном массиве


Сложен массив габбро различного состава – в краевой фации оливинитовым, в расслоенной центральной части встречались горизонты орбикулярных габбро – с шаровой текстурой.


   

Орбикулярное габбро


Как вы после всего этого думаете, чем пахнет Монголия?

Один мудрый человек сказал, что у Монголии три основных запаха:

- запах степной сухой травы – полыни, ковыля, чабреца и других;

- запах жженного аргала – сушеного навоза, которым тут топят печи и отгоняют гнус;

- запах тугриков – смесью запахов сырого войлока, бараньего жира и скисшего молока – с чем чаще всего имеют дело монголы.

Отчасти это так, но, видимо, двадцати дней мало для полноценного знакомства со страной.

24-25 августа на пути домой были закуплены черничные и голубичные джемы из натуральных ингредиентов, облепиховые концентраты, сладкий монгольский сыр, соленый хан-цай, шерстяные сувениры в виде носков их верблюда и яка. 26 числа мы пересекли границу, 27 уже были в Томске, а еще через неделю снова втянулись в городскую университетскую жизнь.

В данный обзор невозможно уместить всех впечатлений от поездки в такую самобытную страну, от ее природы и геологии. Нельзя через статью передать полученный опыт от работы с мастерами своего дела, которые научили отличать апогарцбургитовый серпентинит от аповерлитового, захоранивать образцы до лучших времен, пользоваться в полевых условиях ГИС и готовить баранину.

В конце стоит поблагодарить ТГУ за возможность участвовать в подобных экспедициях, своих полевых товарищей за приобретение полезных в профессиональном плане навыков и приятные воспоминания!